Вкусовые недомогания начала века
Вкус отказывает только тому, у кого он есть.

Но за пределами афоризма - жизнь. Трюизмы то есть. Вакханалия необъяснимых случаев. Различные роды и виды безвкусицы свойственны носителям (в остальном) высоких истин. Отвратныя, жуткия, больнично-слепящие белые стены - самый частый призрак и признак этой болезни. Или, если угодно, немочи. Псевдопатриархальная жирная мебель у тонкого музыканта. Неблаговонно-чумазые, ветхие кроссовки у почетного киноэстета. Убивающая птиц музыка в автомобиле остроумца. Проханов на полке талантливого режиссера. Слоники у меня на комоде (мечта; ни слоников нет, ни комода)... Список длинен.

Но самое (после стен) дивное - хроническая безвкусица на людей. Человековедческая неразборчивость. Фантастическая шушера, проникающая если и не в святая святых, то просто в жизнь, в вечер, в беседу, в поле зрения, наконец. Какой-то нелепый концептуальный карлик, устраивающий "перформансы" "моделей" в рваных чулках; лошадь Пржевальского в подругах у друга; женоненавистник и подкаблучник, заслуженный наперсточник Гога, чьи апофегмы начинает цитировать умный (в прочей жизни) приятель. Овцы и козы, за которыми, словно в старых индийских миниатюрах, ухлестывает бывший философ (и наконец влюбляется в какую-то моль). Истероидное, декадентствующее с опозданием на 100 лет экзотическое психопатьё, которое принимают вдруг вместе со всеми. Шамана, изгоняющего вредных духов из сантехники, усаживают рядом с экспертом по Мандельштаму.
А жены, а мужья, о боги. Эти, впрочем, из другой истории, связанной с недостаточностью одного из желудочков сердца. Чем думали вы? Пламенным мотором? Куда несли вас стальные руки-крылья? Или бездарность сердца - порок врожденный? А потому и упрекать грешно. О век, о мусор.