July 13th, 2003

читатель

МЕРТВЫЙ ЧАС

Минутный телефонный разговор лишь внешне безобиден как мотылек. Он страшный оборотень. Вот он уже трехглавая минута. А вот: три минуты уж превратились в четверть часа. Которые неостановимо мутируют. Еще несколько слов, пауз, смехов, вздохов – и, глядишь, уже ползут клыки и когти убитого часа. И этот убитый час вгрызается тебе в горло, жадно лакая горячее свежее время.
читатель

НОВЫЕ ПЕРИПАТЕТИКИ

Многие иммигранты на кисельных брегах беседуют все больше о съестном. Престранным образом это роднит их с блокадными людьми. Какого мужества требует от этой публики даже здесь сохранить рафинированное блокадное сознание! Не является ли напряженный разговор о пище именно в этом изобильном контексте – высшей формой отрешенного мышления? Ведь эти беседы – своего рода платоновские диалоги, заряженные одной, но пламенной страстью, максимально отвлеченной от тем отвлеченных.