December 28th, 2005

читатель

Разыскивается наваждение

Как-то в безбрежной и вечной юности я сновал из зала в зал провинциального кинотеатра. В то тягучее, как смола, время можно было нелегально перебегать границы фильмов. Никто не охранял двери, когда сеанс в разгаре. У меня оставалась горстка минут, прежде чем бежать на работу, с которой исчез. Запутавшись в нехитром лабиринте кинотеатра, я попал на середину таинственного зарубежного фильма. И с тех пор он всплывает в мутноватой реке сознания, оставшись безымянным. Иные фильмы разыскиваешь как сны. Собственно, они и должны быть снами, а если и не должны, то все равно становятся ими в памяти.
Фильм был латиноамериканский. Главного героя лишали сна в течение нескольких суток; в конце концов, он совершает побег. Шатаясь от невыносимой сонливости, валящей его на землю, он попадает на многолюдный базар. Были и преследователи, ибо ему, невзирая на состояние, приходилось бежать, засыпать и снова бежать. То он невольно вламывается в какую-нибудь лавку и норовит упасть на продаваемые одеяла, то его вносит в чью-то комнату и он оказывается рядом с хозяйкой в постели. Там и сям он роняет какие-то вазы, мечи, мешки с пряностями, спит на ходу и, продирая глаза, продолжает свое сомнительное бегство. Эта явь, конечно, напоминает типичный сон, когда за тобой гонятся, а тебе не бежится.

Всё. Больше об этом фильме я ничего не знаю. Но всякий раз, когда тщетно пытаюсь себя обмануть, чтобы заблудиться в мыслях, как в лабиринтах шумного базара, - завистливая память приносит образ этого полуспящего героя.