January 26th, 2006

читатель

Золоченый век

Если слушать райское пение отдельно взятой птицы, можно сойти с ума от повторов. Они наяривают как механизмы. Своего рода техно. Так и отдельные писатели. Годами - одна технифицированная песнь.
Можно привести любой унылый пример из жизни флоры, фауны, и потом грустно добавить: "Так и писатели...". А ведь и писатели есть часть природы, которая, как известно, не только мать, но и убийца. И если суммарный сумеречный звон создает радостную видимость песенного процесса, то каждый в отдельности - недюжее испытание для органов восприятия.
Мы можем, вероятно, говорить о геобиологических волнах: о смутном времени, мутном воздухе, кривых и скользких тропах, по которым влекомо оглохшее, но наступательное писательское стадо. О сезонных вспышках талантливости, озерах с застойной водой и, наконец, поре волшебного и буйного гниения, когда устная речь приговорена быть письменной.