September 16th, 2015

читатель

(no subject)

В. Беньямин: «Ибо как К. живет в деревне у замковой горы, точно так же
современный человек живет в своем теле: чужак, отщепенец, вытолкнутый из бытия, он ничего не знает о законах, которые связывают это его тело с иными, высшими порядками».

Тут тело, т.е. Замок, можно заменить и на бессознательное, в которое его формальный владелец тоже не может пробраться. Даже о законах хитроумного тела он знает больше, чем о простом устройстве своей души.
читатель

Два армянина

В помидорах копаюсь. Рядом со мной копается человек с седой гривой из-под ковбойской шляпы и каким-то витиеватым серебряным крестом на седой груди.
- Мягковаты, нет? - говорит.
- Не то слово, - говорю, - они почти мертвы.
- Слыхал, как он сказал? - спрашивает он служивого магазина, - почти мертвы!
- Так я ж вот новые принес, - виновато шепчет тот.
Мы с седым кидаемся к новым.
- А потрясающие, да? - говорит он мне.
- Не то слово, - говорю, - я с ними заново рождаюсь.
- Как хорошо ты сказал! Они такие сладкие (изучающе смотрит мне в лицо), ну прямо как конфеты.
- Конфеты не то слово.
- Их ведь армяне делают, не правда ли?
Я (поглядывая на его крест):
- Понятья не имею... но кто ж еще, как не армяне?
Седой находит на коробке бирку с фирмой Khachik (или что-то вроде).
- Вот видишь, я говорил, армяне! - торжествующе сияет.
- Ну а я говорил "кто ж еще".
- А я знаю пару слов по-армянски.
- Какой вы молодец. Но пару слов даже я знаю. Отличные помидоры ваши люди делают.
- Наши люди? - седой роняет помидор, - постой... я думал, ты армянин!
- А я думал, что вы.